Есть вид одержимости — повсюду утверждать, что субъект не существует, и пытаться удалить его из речи, текста, мыслей. Своего рода грамматический нацизм и дискриминация «я». Это прекрасный пример того, как концептуальное понимание подменяет непосредственный опыт. Если известно, что «я» не существует, — нет попыток вычистить его отовсюду. Язык начинает делать то, для чего он и предназначен, — выполнять функцию коммуникации, а не отражать реальность.
Я действую, я пишу, я мыслю. Я. И при этом меня нет.
Следует понимать, что ты никак не удалишь «я» из языка. Субъект всегда будет присутствовать. В таком случае лучше ему быть на виду. Замаскированная ловушка всегда опаснее явной.